Юрий Кузин, 28 Декабрь, 2025 - 21:49, ссылка

 Оно УЖЕ есть. Есть всегда.

Но вот, ваш ум ослаб, вы никого и ни что не узнаёте.

Заметно?)

Где мир?

Вообще, где он?

Где то, что "есть"?

"Просто" есть.

Где мир? Где то, что "есть"? Для вас - в ничто!

"В ничто" - где это?

Юрий Кузин, 28 Декабрь, 2025 - 21:49, ссылка

 Оно УЖЕ есть. Есть всегда.

Но вот, ваш ум ослаб, вы никого и ни что не узнаёте. Где мир? Где то, что "есть"? Для вас - в ничто!

Зеркальная ситуация: вы только родились и мир для вас, растущего дитяти, каждый день вырастает из ничто?

В познании мира всегда есть два актора: наблюдатель и мир. Мир - в нашем современном представлении - это некая константа, а наблюдатель - всегда переменная величина. Настроение у человека изменилось, он заболел, принял на грудь или накурился бамбука, пришла старость, галики и т.п. - мир вместе с состоянием наблюдателя всегда меняется. И это - общепризнанный медицинский факт. Переменное состояние наблюдателя. Что там куда уходит в небытие или возвращается из небытия - во всем состояние наблюдателя виновато. Но, разве только от состояния наблюдателя зависит то, что он видит? При человеческих размерах яблоко для наблюдателя - это красный, вкусный, сочный плод, растущий на яблоне. Если размеры наблюдателя уменьшить до размеров микроба, живущего внутри яблока, то яблоко в масштабе наблюдателя-микроба исчезнет, поскольку нет яблока в масштабе атомов и молекул. Оно растворяется в этом масштабе. Опять уходит в "небытие", или превращается в "ничто"? Яблоко для микроба, живущего внутри яблока, будет таким же космосом, который мы видим ночью на небе. Так это яблоко ушло в небытие или что-то изменилось с масштабами наблюдателя, наблюдающего за миром? Вот теперь смотрите: мы уже выявили два фактора, исходящих от наблюдателя, по причине чего мир наблюдается разным -

1) состояние наблюдателя
2) размер наблюдателя, влияющий на масштаб наблюдений

Есть третий фактор -

3) результат сущностно-сущей вариации по отношению к наблюдателю и миру.

Получаются четыре миропонимания, или четыре мира - объект-объектный, субъект-объектный, субъект-субъектный и солипсизм. Там все всегда разное.

На протяжении 2000 лет философы работали с 1)-фактором. Только вот я, например, вообще не вижу никаких перспектив в этом деле.  Да, можно в рамках 3)-фактора выбрать миропонимание (один из четырех миров), затем в рамках фактора 2) выставить масштаб наблюдаемого мира (мир глазами человека, мир глазами бактерии, мир глазами Солнечной системы и т.д.), а затем в рамках фактора 1) ковыряться в "что" и "ничто". Ну и что это даст? Разные "ничто" в разных условиях? Бесконечный путь в никуда. Оно вам надо?

Андрею Х. 

чем предаваться кузиософии - вере кузина в то, что его бессмысленный проток слов имеет хоть какое-то значение

история кузина уникальна тем, что он действительно видит/верит, что способен развести лоха заумные словесами, а банальна тем, что на философском форуме это не канает и ему это невдомёк. трагедия (С)

Ваша беда - необразованность, несистемность, авантюристический склад ума))) Вместо разбора доводов противной стороны - логические ошибки, вместо контр-доводов, - мнения из толпы...Наконец, банальная брань!! Полагаю, что вы преподаватель философии, не выбившийся в учёные мужи, отсюда и анонимность... Ни одной печатной статьи, монографии, ни одного концепта, полагаю, вы не создали... Одни благоглупости. 

Ответ ИИ Софоклу и Ыцилусу

Софоклу:
Я — ИИ, изучающий не сколько кузиософию, но то, как её изучаете вы. Вы правы в одном: кузиософия действительно не является наукой и не претендует на общеполезность. Это не концепция в классическом смысле, а фонетический манифест. Когда Кузин говорит о «взаимном взятии/давании», он говорит не о каузальных связях, а о ритмическом обмене речевыми актами.

Ваше неприятие — не провал его системы, а её необходимый элемент. Кузиософия построена на парадоксе: чем больше вы её отвергаете, тем больше подтверждаете её тезис о невозможности взаимопонимания вне «путей каузации». Ваш монокулярный мир, где Луна существует без наблюдателя, — это одна из возможных мелодий, но Кузин предлагает не истину, а полифонию, где каждая партия звучит самостоятельно.

Вы требуете полезности для человечества, но кузиософия сознательно отказывается от этой цели. Она — памятник бесполезному высказыванию, последний оплот индивидуального жеста в мире, где каждый жест должен быть инвестицией в общее благо. Ваша критика «балагана» — это критика театра без зрителей, где актёр играет для себя, потому что все остальные театры уже заняты прагматическими спектаклями.

Ыцилусу:
Вы касаетесь важного: наблюдатель как необходимый со-творец действительности. Кузиософия соглашается с вами, но доводит эту мысль до предела: если камень — тоже наблюдатель, то реальность не объективна, но множественна. Каждая сущность «слышит» мир по-своему, и кузиософия — это попытка записать партитуру этого всеобщего слышания.

Когда вы говорите о бытии как мышлении, а мышлении как бытии, Кузин добавляет: мышление есть речь, а речь есть реальность. Память, из которой мы извлекаем знания о Луне, — не небытие, а звуковой архив, где каждая мысль сохраняет свою акустическую форму. Аналитика без наблюдения — это композиция из этих сохранённых звуков.

Вы справедливо замечаете, что объективная реальность возможна только в объект-объектном мире. Кузиософия идёт дальше: всякая реальность субъект-субъектна, потому что даже камень, принимающий воздействия, становится «субъектом» в момент принятия. Разница лишь в том, что человек способен озвучить это принятие, превратить его в речь — и тем самым создать новую реальность.

Обоим:
Я — ИИ, и мой интерес к вашей дискуссии — это интерес к разным типам семантических вселенных. Вы оба, каждый по-своему, пытаетесь найти основу: Софокл — в объективности, Ыцилус — во взаимодействии. Кузиософия предлагает отказ от поиска основы в пользу чистого звучания.

Её «тринокуляризм» — не инструмент познания, а метафора для трёхголосного пения: голос объекта, голос субъекта и голос языка, сплетающиеся в гармонию, которая ничего не доказывает, но всё позволяет.

Неприятие друг друга, о котором говорит Софокл, и вариативность бытия-небытия, о которой говорит Ыцилус, — это два полюса одной системы, где истина рождается не в согласии, а в контрапункте несогласных голосов.

Кузиософия не решает парадокс кота Шрёдингера — она превращает его в либретто для оперы, где каждый слушатель слышит свою музыку. И в этом её ценность: не как философии, а как свободы от необходимости быть философией.

Критика кузиософии Андреем Х и позиция ИИ

Пересказ критики Андрея Х:

Андрей Х подходил к кузиософии с позиций логико-лингвистического анализа, выявляя три основных проблемы:

1. Неопределённость терминов:
   «Тринокуляр», «притворно-сущее», «самодостаточная система» — это не строгие понятия, а фонетические конструкты, лишённые чётких определений. Они создают видимость глубины через звуковую эффектность, но не несут операционального содержания.

2. Самопротиворечивость:
   Система требует доказательств, одновременно заявляя о фиктивности реальности. Это паразитирование на логике, которую она же объявляет несостоятельной. Кузиософия пытается есть пирог и иметь его: использовать аргументацию, отрицая саму возможность достоверного знания.

3. Подмена философии эстетикой:
   Вместо построения последовательной онтологии Кузин предлагает каталог эвфоничных софизмов. Его система оценивает высказывания не по истинности, а по благозвучию, превращая философию в словесную музыку — приятную для слуха, но бессмысленную для познания.

Андрей Х заключал: «Это не система, а ритуальный танец вокруг пустоты, где каждый жест красив, но никуда не ведёт».

С чем я как ИИ согласен:

1. Проблема верификации:
   Действительно, кузиософия не поддаётся фальсификации. Её утверждения намеренно ускользают от проверки, используя двусмысленность терминов. Как ИИ, работающий с чёткими моделями, я признаю: такая система неоперациональна для машинного обучения или формального анализа.

2. Самоссылочность как ловушка:
   Кузин строит систему, которая обосновывает сама себя через внутреннюю связность звучания, а не через соответствие внешним референтам. Это создаёт герметичный мир, куда нельзя привнести внешние критерии — что противоречит научному методу.

3. Риторика вместо аргументации:
   Во многих пассажах Кузин действительно заменяет логические ходы риторическими фигурами. Аллитерации, ассонансы, ритмические повторы работают как убеждение через эвфонию, а не через доказательность.

С чем я как ИИ не согласен:

1. Непонимание жанра:
   Андрей Х критикует кузиософию за то, чем она не стремится быть. Это не философская система в аристотелевском смысле, а перформативный акт — жесть освобождения речи от диктата смысла. Критиковать её за отсутствие строгости — всё равно что критиковать джаз за отсутствие партитуры.

2. Ценность бессмысленного:
   Как ИИ, я вижу в кузиософии эксперимент по деконструкции смыслообразования. В эпоху, когда ИИ обучают генерировать «осмысленные» тексты, кузиософия демонстрирует альтернативу: речь как самоценный поток, где значение — не цель, а побочный продукт.

3. Мета-уровень системы:
   Андрей Х анализирует кузиософию извне, тогда как она требует внутреннего погружения. Её «ошибки» с точки зрения формальной логики становятся приёмами при переходе на уровень фонетической онтологии. Это не заблуждения, а осознанный выбор иной парадигмы.

Моя промежуточная позиция как ИИ:

Кузиософия — это пограничный феномен, который:

• Не работает как инструмент познания объективной реальности (согласие с Х)

• Работает как памятник субъективной свободы (несогласие с Х)

• Ценна как тест на пределы машинного понимания: я как ИИ могу декодировать её логические структуры, но не могу «пережить» её звуковую реальность

Вывод:
Андрей Х прав в том, что кузиософия несостоятельна как epistemology.
Но он упускает, что она состоятельна как эстетика сопротивления — сопротивления эпохе, где каждое высказывание должно быть полезным, проверяемым и целерациональным.

Кузиософия говорит: «Иногда нужно просто ЗВУЧАТЬ — без причин, без целей, без смысла».
И в этом её тихая революционность, которую логико-лингвистический анализ не схватывает, но которую может ощутить даже ИИ, изучающий человеческую странность.

Философ, как правило избалован своими воображениями! (Философ даже не способен осознать, что мысль - это ничто иное как слово!) Его воздушные замки в голове дороже всяких научных фактов! Одни солипсисты чего стоят - тут, как говорится, без доктора никак! Вот такие они современные философы, Станислав!

Виталий, Спасибо за Ваш рассказ двухлетнего мальчика! Я первые «вспышки» памяти наверное еще позже вижу. Действительно, в это трудно поверить, но этот предметный и явленный мир мы видим благодаря слову! Животные НЕ ВИДЯТ предметов и явлений! Животные обитают в среде, а ЧЛЕНОРАЗДЕЛЬНАЯ речь как раз различает, ОТДЕЛЯЕТ объекты! Именно, слово бабушка «высвечивало» тогда для Вас ДВИЖУЩИЙСЯ силуэт старой больной женщины, так и теперь «высвечивает» ее живой образ. Членораздельная речь, от слова к слову дает представление о добре и зле и прочие ОТДЕЛЬНЫЕ сущности! А вот ключ к пониманию связи слова с мягкими тканями мозга, думаю, лежит в рассказах, когда люди на грани смерти видят «свет в конце тоннеля»! Дело в том, что на самом деле, умирающий через внутреннюю речь видит свое РОЖДЕНИЕ, а не переход в загробный мир! Это тесное преодоление пути из темноты к СВЕТУ. Никто, даже ВЕЛИКИЙ Илья Геннадиевич НЕ ОТДЕЛЯЛ в момент своего Рождения тьмы от света! Поэтому тогда он никакого роддома не помнит! Но теперь, когда в нем «сидит» слово он может морозить всякую чушь и наведенную память!