«Философское истолкование языка обычно вызывает у лингвистов некоторую настороженность и даже опаску. Поскольку лингвист плохо осведомлён в области философских идей, он склонен думать, что проблемы языка - это только чисто лингвистические проблемы о формах и отношениях в языке и философские проблемы, следовательно, не могут привлечь его внимание. Или, напротив, философа интересуют в языке главным образом такие явления, которые для эмпирического лингвиста не представляют никакого интереса. Нужно ещё добавить к этому — боязнь лингвистов к общим, философским обобщениям и, с другой стороны, нежелание логиков посмотреть, как логические формы мысли лежат в структурах естественного языка, из недр которого генетически вышла формальная логика.»
(в тексте предисловия опечатка: надо "естественного", написано "естественого")

«Дар слова, как известно, не часто сочетается с силой мышления.»

«Знак есть сигнал, но лишь функционирующий в обществе, связанный с системой социально выработанных значений. Поэтому сигнал, например, на уровне коммуникации животных, не может быть отнесён к знаку» [Коршунов, Мантатов 1974].»

«Знак вообще есть общественное отношение, связь людей через посредство знания, которое условно за знаком закрепляется и носителем которого он является. Возникнув в ходе трудовой
деятельности как механизм регуляции поведения, знаковые системы с течением времени обособляются от непосредственного трудового процесса, служа в форме теоретической деятельности задачам познания внешнего мира. И только через это осуществляется их связь с общественно-производственной деятельностью. Всё это и заставляет рассматривать функции знаков в качестве относительно самостоятельных.»

«Что является в знаке первичным — его физическая субстанция или его идеальная структура, образ ? Основная сущность материального знака — его материальный характер. А идеальные образы знаков в сознании говорящих являются лишь обычными психическими отражениями материального звучания И произношения, постоянно воспроизводимых. Если бы знак не существовал в материальной субстанции, никакой идеальный образ этого знака был бы невозможен.»

«При реальной коммуникации абстракция должна быть овеществлена, символизирована, реализована посредством какого-либо знака.»

«... материя знака должна подогнана под идеальное, а это значит, что звук, буква должны быть преобразованы в фонемы, графемы, морфонемы, понятия.»

Тут неясно, что за слово такое, существует ли оно вообще, и насколько часто применяется. В тексте книжки много опечаток, поэтому нет уверенности, что это реальное слово, а не ошибка набора.

«... материя становится знаком, если она идеально представлена в мозгу человека и ассоциативно соотнесена с каким-либо внешним предметом. Тем самым у кусочка материи появляется идеальный образ, „значение”, но оно не в материи знака, а в мозгу.»

Тут мне не нравится слово "идеально", материально она в мозгу представлена, электрохимически. Но жир нейронов - это другая материя, не так, которая представляется, а та которая отражает (хранит) представление.

«Знаки - это не просто вещь, а средство знания, которое за знаком ассоциативно закрепляется в мозгу человека, носителем которого он является.»

Такое ощущение, что "знание" - это не объект, а процесс. Процесс, в ходе которого человек(люди) использует(ют) средства.

«как говорил Маркс: „Идеальное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней”.»

Модель языкового знака: