
Занятие философией отчасти потусторонний взгляд на окружающий мир. Самые выдающиеся философы были в чём-то люди «не от мира сего». Яркий пример – Фридрих Ницше. Философия вообще, в хорошем смысле, это «потусторонняя» деятельность. В этом я убедился 18 апреля 2026 года на конференции «Феноменология и диалектика 3.0», которая проходила в Европейском университете в Петербурге. Шесть часов я слушал доклады, задавал вопросы при обсуждении, а в перерывах провёл интервью с участниками.
"Потусторонняя философия" — это не ирония и не про мистику, а про позицию наблюдателя — взгляд глазами аутсайдера, абсолютно независимого в своих оценках.
Потусторонняя философия – это область философских исследований, связанная с понятием трансценденции. Трансценденция подразумевает выход за пределы чувственного опыта, эмпирических границ или привычных границ бытия.
В определениях трансцендентности часто подчёркивается идея связи с чем-то, что находится за пределами личности или материального мира. Согласно религиозным теориям трансцендентности божественное находится за пределами материального мира. Согласно теории имманентности духовный мир пронизывает мир материальный.
Метафилософский вопрос заключается в том, что такое трансцендентальная рефлексия и как она возможна. Один из ответов — выход за пределы предшествующей формы или состояния самого себя (самопревосхождение). Особенно продвинутой формой самопревосхождения считается мистический опыт, при котором человек отказывается от ощущения себя как отдельной личности.

Потусторонняя философия это не о потустороннем мире, это взгляд на мир как бы извне, взгляд «пришельца» на этот мир как на потусторонний, некоторая отрешённость, отстранённость от мира. Речь не столько об объекте исследования, сколько о субъекте — особом мировосприятии исследователя.
Философ должен быть потусторонним или посюсторонним этому миру?
Профессиональные философы, как правило, историки философии. А подлинный философ – изгой как Фридрих Ницше. Философ не тот, кто имеет диплом об окончании философского факультета, а свободно мыслящий человек, способный ОДИН УДЕРЖИВАТЬ ВСЁ!
«Так говорил Заратустра» – хороший пример «потусторонней философии».
Для чего нужна философия? Чтобы изменить или чтобы измениться?
«Жизнь – это бесконечное совершенствование, — говаривал Георг Фридрих Гегель. — Считать себя совершенным – значит убить себя».
Сегодня многие с недоверием относятся к философии. Слово "философ" часто звучит как насмешка.
«Польза философии не доказана, а вред от неё возможен», — заявили российские власти ещё в XIX веке.
Философы скорее излишнее, чем необходимое. Сократа почитали мудрейшим из греков, но большинство афинян проголосовали за лишение его жизни. Сократу приписывают слова, что настоящий философ только и занят всю жизнь подготовкой к смерти. Чтобы отстоять свои принципы и представление об истине, Сократ исполнил приговор и добровольно принял яд.
А Вы готовы ради истины пожертвовать собственной жизнью?
Философов с давних времён почитают мудрецами, способными объяснить всё, ну или почти всё, но без гарантий истинности. При этом далеко не все философы живут в соответствии с провозглашаемыми принципами. В этом выражается «потусторонность» их философии.

Всякая авторская философия есть в какой-то степени объяснение и оправдание своей собственной жизни. Каждый философ предлагает свои иллюзии, называя их философскими системами. Для многих занятия философией просто интеллектуальное развлечение. Каждый старается придумать свой «–изм», считая это чуть ли не высшим достижением. Часто за обилием научных терминов и красивыми словесными оборотами не скрывается никакого смысла.

Всякая наука начинается с систематизации и построена на доказательности. Но сколько мы знаем различных философов, учение которых не отличалось систематичностью?
Первое систематизированное учение мы находим у Аристотеля. Поэтому он и считается родоначальником философии как науки. При этом Аристотель называл философию «Бесполезное и прекрасное». «Нет науки бесполезней философии, но нет прекрасней её». «Люди, философствуя, ищут знание ради самого знания, а не ради какой-то практической пользы».
Философия – одна из условностей, спекулирующая на природном любопытстве человека. Это величайший самообман. Философы любят говорить сложно о простом и просто о сложном. Хитроумные ответы, которые дают философы, годны лишь для успокоения беспокойного разума, проверить их и применить на практике невозможно.
Философия понимается как движение вперёд. Окончательной истины (догмы) никогда не будет, иначе процесс бесконечного познания остановится и умрёт.
Но может ли умереть философия?

Есть мнение, что настоящая философия не умирает, а то, что умирает, это не философия. Как наука, обладающая своими догматами и систематизированной доказательной базой, разумеется, может умереть. Мы это видели на примере марксистко-ленинской философии. А вот как бесконечный процесс познания, разумеется, философия умереть не может никогда.
Часто приходится слышать, будто философы оторваны от реальной жизни, живут в своём идеальном мире, философия плохо связана с практической жизнью, это скорее напоминает поэзию; свои утверждения философы не считают нужным доказывать.
18\04\2026 Алексей Крюков сделал доклад на конференции «Феноменология и диалектика 3.0» в Европейском университете в Петербурге.
Доктор философских наук, профессор В.В. Варава в книге "Седьмой день Сизифа" пишет:
«С незапамятных времён философия представляется делом чрезвычайно трудным, заумным, требующим каких-то особых знаний, специфического склада ума, и при этом, не имеющим никакой практической значимости. Всё это основание для того, чтобы вычеркнуть философию из круга важных человеческих занятий, снабдив её приверженцев убийственными уничижительными эпитетами «чудак», «сумасшедший», одним словом, «философ».

Я спросил доктора философских наук Константина Семёновича Пигрова, как он относится к тому, что философия – это "сизифов труд". К.С. Пигров ответил: "Да, это великое и бессмысленное занятие. Но без неё жить невозможно."
«На протяжении века философия лежит на смертном одре и не может умереть, ибо задача её не исполнена. Поэтому конец вынужденно мучительно затягивается. Она или похоронила себя, предавшись пустой игре в мысли, или пребывает в агонии, во время которой её посещают откровения и она высказывает то, что забывала сказать на протяжении всей жизни. Перед лицом смерти ей хочется быть честной и открыть свою последнюю тайну. Она признаёт: все великие темы были сплошь уловками и полуправдой. Прекрасные, но тщетные взлёты мысли: Бог, Универсум, Теория, Практика, Субъект, Объект, Тело, Дух, Смысл, Ничто — всего этого не существует. Всё лишь словечки для юнцов, профанов, клерикалов да социологов», — считает немецкий философ Петер Слотердайк.
Буквальное значение слова "философия" = от греч. phileo - люблю + sophia - мудрость, - любовь к мудрости. У древних греков это слово означало "стремление к пониманию", "стремление к знанию", "жажду знания". Без любви нет философии. Любовь – это философия во всей полноте смысла этого термина.
Философия – это любовь к мудрости или наука о мудрости?
Специалисты по античной философии полагают, что само слово придумал Пифагор, а термин "философия" в качестве названия особой сферы знания впервые употребил Платон. Платон считал чистое философское созерцание идей – высшей формой познания, способом восхождения к высшим идеям.
Пифагор исповедовал философию для посвящённых, сделав свою школу закрытой для любопытствующих, на манер тайного ордена.
Платон, напротив, сделал свою школу открытой для всех желающих и способных к философии. И потому Академия просуществовала почти 700 лет.
Я сторонник экзотерического знания – открытого для всех, хотя и не для всех понятного.
Кандидат философских наук Никита Сюндюков убеждён, что в диалоге Платона «Парменид» есть все ответы на самые главные философские вопросы.
14-16 декабря 2022 года в Москве на «Алёшинских чтениях» под общим названием «Философия — как способ жить» доктор философских наук, профессор Виктор Игоревич Молчанов поставил вопрос ребром: что же это такое – философия? Начиная с пифагорейцев и Гераклита философия это производство общих (социальных) идей. Философы производят общие идеи для общества, а для этого выбирают особую деятельность, которую трудно назвать профессией, но выражается она в единичном уме. Философские учения могут порождать идеи, ведущие к противоестественным формам существования. Философское дело предстаёт почти как сверхъестественное.
Сейчас философию определяют как науку о наиболее общих законах бытия; учение о бытии человека в мире и его взаимодействии с ним. Философия – знание о целом как повод обратиться на себя, к пониманию своей личности и своей свободы.
«Задача философии оказывается в том, чтобы в каждом конкретном случае находить инстанцию, способную измерить истинностное значение противоположных мнений – либо выбирая некоторые мнения, более мудрые чем другие, либо признавая за каждым из мнений свою долю истины. В этом всегда и заключался смысл так называемой диалектики, превратившей философию в одну нескончаемую дискуссию. Это очевидно уже у Платона: мерой истинности каждого из соперничающих мнений считаются универсалии созерцания, позволяющие возвысить эти мнения до знания; правда, сохраняющиеся у Платона противоречия (в так называемых апоретических диалогах) вынудили уже Аристотеля переориентировать диалектическое исследование проблем на универсалии коммуникации (топики). У Канта проблема опять-таки состоит в отборе или сортировке противоположных мнений, но уже благодаря универсалиям рефлексии, и только Гегелю пришла мысль воспользоваться соперничающими мнениями для извлечения из них сверхнаучных пропозиций, способных к самодвижению, самосозерцанию, саморефлексии, самокоммуникации в себе самих и в абсолюте позиция, где мнения становятся моментами концепта». ( Жиль Делез, Феликс Гваттари "Что такое философия?")
18\04\2026 Алексей Лагурев сделал доклад на конференции «Феноменология и диалектика 3.0» в Европейском университете в Петербурге
Вряд ли философией можно считать лишь деятельность рацио (ума). Философия это любовь к мудрости, а не любовь к знанию. Многознание, как известно, мудрости не научает. Занятие философией захватывает всю личность, а не только разум. Это личный опыт разумного освоения фундаментальных проблем бытия, опыт ошибок цельного разума личности в его движении.
Философствование есть некая медитация, вовсе не имеющая цель, чтобы её восприняли и поняли посторонние. Цель философа прежде всего постичь эту истину собой, запечатлеть её, расшифровать и самому измениться. При этом додуматься самому до философской формулы жизни гораздо важнее, чем вычитать её в чьей-то книге.
Если верно, что «философы читают послание Бога в подлиннике», то, как мне кажется, они занимаются осмыслением некой интуиции, рефлексией первоначального откровения, когда разум постигает то, что знает душа. На мой взгляд, философия это расшифровка первоначального удивления, той самой первоначальной интуиции, которая приходит в качестве неосознанного образа, как ИДЕЯ у Платона.
Для меня философствование – это состояние, переживание, мышление, вечный поиск ответа на вечные вопросы, который бесконечен. Постижение границ человеческой жизни, границ человеческого познания и границ человеческой свободы – вот что делает философа философом.
Философия, на мой взгляд, существует в индивидуальных интерпретациях. Когда объявляется, что «учение всесильно, потому что оно верно», это означает смерть данного учения. Лишь та философская теория хороша, в которой мы испытываем каждодневную потребность, что создаёт и поддерживает «поле мысли».
Декан философского факультета МГУ им. Ломоносова Алексей Павлович Козырев полагает: «Философия, безусловно, имеет дело с общим — с картиной мира. Она пытается рассматривать мир как целое, подниматься над узкими границами отдельных наук, частных наук, которые в большинстве своём выделились из философии. Поэтому философия — знание и научное, и художественное».
Доктор философских наук Роман Викторович Светлов убеждён: "Сейчас философия в реальности не является "царицей наук" и критерием истины".
Доктор философских наук Фёдор Гиренок полагает, что философия сегодня это сознательное сумасшествие; философ – это юродивый; философ работает со смыслами, он воин в войне смыслов.
Философствование всё больше напоминает «игру в бисер». Философы ныне заняты перекодировкой смыслов: старые понятия наполняются новыми определениями, слова остаются те же, а содержание становится подчас противоположным прежнему.
Должна ли философия быть ясной и понятной широкой публике?
Я спросил об этом главного редактора журнала «Вопросы философии» Бориса Исаевича Пружинина. Он ответил, что Сократ говорил понятно, но за его внешне простыми высказываниями скрывалась глубина. Философское общение это во многом личное общение. Не всегда простому человеку будут понятны некоторые коннотации и смыслы, скрывающиеся за внешне ясными и понятными формулировками.
У греков был очень хороший термин – ПАРРЕСИЯ, означающий говорить истину, непосредственно, без риторических приёмов и при этом неизбежно подвергая себя риску.
Я считаю, что подлинный философ исповедует истину, которая доступна и понятна для всех. Большинство философов ничего предложить не могут, кроме набивших оскомину банальностей. Нет в их идеях простоты и одновременно глубины. Нынешние философы не хотят мир изменить, нет у них таких Идей. А ведь мир, согласно Платону, изменяют именно Идеи (с большой буквы).
Известный философ А.Ф. Лосев полагал: «Платоновская идея (эйдос) – это не абстракция, а живая, конкретная сущность, обладающая собственной энергией и смыслом. Миф у Платона – не выдумка, а способ выразить сверхрациональное содержание, недоступное строгой логике. Платоновское государство – не политическая программа, а символическая модель иерархии ценностей: от телесного к духовному, от мнения к истине. Число у Платона – не арифметическая единица, а принцип организации космоса».
Выражаясь современным языком, ЭЙДОС, возможно, это цифровой код, присущей каждой вещи?
05\12\2024 к.ф.н. Андрей Паткуль представил коллективную монографию «Феноменологическое понятие мира». Перед начало я взял интервью.
Ещё в школьные годы я заинтересовался философскими проблемами. Во время службы на флоте изучал философскую литературу. Учился на подготовительном отделении философского факультета Ленгосуниверситета, 5 раз поступал на философский факультет, в результате закончил юридический. С 1981 по 1991 годы работал в НИИ комплексных социальных исследований Ленгосуниверситета. Среди университетских коллег я всегда был аутсайдером, а по отношению к научным институтам оставался потусторонним. Сейчас пишу и публикую роман-хронику "ПОТУСТОРОННИЙ".
Процесс записи собственных мыслей ведёт к тому, что человек начинает их уточнять. Попытки более точными словами на письме выразить внутренний диалог, воспроизводит диалектику, идеи меняют форму при каждой попытке их записать.
Главным является не чья-то философия истории, а история и философия своей собственной жизни. Когда я пользуюсь чужим знанием, это каждый раз эксперимент. Но чаще непосредственным руководством к действию служит собственный, пусть даже ограниченный опыт. Это лишний раз доказывает, что он важнее чужих правильных наставлений. Поэтому додуматься самому до извечной мудрости гораздо важнее, чем пытаться вычитать её в чьей-то книге.
Не претендуя на истину в последней инстанции, всегда оговариваюсь, что моё мнение это лишь ограниченное субъективное видение. Истина, возможно, имеет множество смыслов, и каждый понимает её по-своему, в меру особенности своего восприятия. Не желаю сваливаться исключительно в рацио философии, но и не хотел бы жить исключительно поэтической абстракцией, иногда весьма далёкой от реальности.
Некоторые философы уехали из страны и стали «потусторонними» русскому миру. Они кажутся обиженными, будто бы не сами уехали, а на "философском пароходе". Многие из них очень умные люди и честные учёные, однако находятся в зависимом положении и вынуждены приспосабливаться, выбирая между истиной и новым домом. Они говорят, что всегда были «русскими европейцами», и надев "белое пальто", упрекают оставшихся на родине в предательстве истины.
«Родина или Истина?» "Поуехавшим", по их словам, дороже Истина. Ну а оставшимся, очевидно, Родина.
«Родина или смерть!» – предлагает широко известный отечественный философ. «Идея важнее людей. Дух важнее плоти. Родина важнее смерти. Не должно быть ничего важнее Бога, Державы и Народа. Личность не ничто, она значит очень многое. Но только тогда, когда она полна светов. И чем меньше в нас я, тем больше в нас Бога».
25 октября 2017 года в Петербург по приглашению Европейского университета приехал известный философ Славой Жижек. Я задал ему вопрос: в чём смысл жизни? Философ сказал, что мой вопрос застал его врасплох, потому что он никогда об этом не задумывался.

https://youtu.be/merYES2n9l0
Как-то я участвовал в философской дискуссии «Зачем философ в скудное время», организованной Европейским университетом в Санкт-Петербурге и Открытым философским факультетом. В качестве «домашнего задания» было предложено прочитать эссе Мартина Хайдеггера «Для чего поэты?»
Хайдеггер полагал, что философия больше похожа на поэзию, нежели на строгую науку. Само название работы «Для чего поэты?» говорит о признании им первенства поэтического творчества над философским. Философ лишь рефлексирует над тем, что создано вдохновением поэта, находит и расшифровывает смыслы в интуитивном поэтическом образе.
В эссе «Для чего поэты» Мартин Хайдеггер пишет:
«Поэты — те из смертных, что, торжественно воспевая Винобога, чуют след ушедших богов, идут по их следу и так прокладывают остальным смертным путь к обращению».
«Сущности поэта, истинного поэта в такое время мира, свойственно то, что из всей скудости времени творческим вопросом для него становится прежде всего поэтическое творчество и призвание поэта».
«Поэзия есть учреждение бытия в слове», — пишет Хайдеггер. Он называет поэзию «чистым говором». Поэзия не говорит о том, что было, не описывает происходящее, своим словом она создаёт бытие.
Хайдеггер говорит о том, что поэты так же, как и философы, являются хранителями дома бытия, т. е. языка. Художник почти никогда не говорит в своих работах о себе в первом лице, через него говорит мысль.
Сколь глубоко поэзия спускается в бездну? Куда доходит поэт, если, разумеется, он идёт туда, куда в силах дойти? — риторически спрашивает Хайдеггер, анализируя творчество Рильке.
«Чем выше уровень сознания, тем более исключённым из мира оказывается сознающее существо». Потому-то человек противостоит миру.
Рильке по-своему, на поэтический лад, познал и пережил сложившуюся таким образом несокрытость сущего.
«Язык есть дом бытия, — утверждал Хайдеггер. — В жилище языка обитает человек. Мыслители и поэты – хранители этого жилища. Их стража – осуществление открытости бытия, настолько они дают ей слово в своей речи, тем сохраняя её в языке».
«Речь и молчание могут быть уподоблены сущему и бытию. Бытие и есть сущее и не есть. Так же молчание: и вызывает к наличию речь, и снимает её во всеобъемлющей торжественности истины».
Есть мнение, будто философия существует только в традиционной форме философских трактатов. Но так ли это?
Вряд ли какой-либо философ сможет так убедительно изобразить Ад, как это сделал Данте в «Божественной комедии».
В отличие от литературы, в философском языке невозможна поэзия, которая часто является наиболее адекватным средством выражения глубины предмета до апофатических вершин. Литература призвана говорить просто о сложном, а философия сложно о простом.
Поэзия может быть философской. Но может ли быть философия в стихах? Ведь поэзия это не всегда рифма, а философия не обязательно трактат.
Разве тексты Кьеркегора это философия в её классическом понимании?
Первоначальные «философские» тексты существовали в форме поэтических гимнов, также как и религиозные откровения. Древнейшие памятники философской мысли часто имели литературно-художественную форму, в том числе поэтическую. Учение Плотина носило характер разрозненных бесед, которые уже после смерти философа его ученик Порфирий систематизировал в виде «Эннеад».
Что более доходчиво воспринимается: произведение искусства или философский трактат?
Хороший пример — «Так говорил Заратустра» Фридрих Ницше.
В произведении Ницше есть люди – потусторонники, которые устремляют свою мечту «по ту сторону человека», то есть в сферу трансцендентного, идеального или сверхъестественного.
«Спойте мне теперь сами ту песню, имя которой – «Ещё раз», а смысл – «во веки веков», - спойте же все вместе, о высшие люди, песнь Заратустры!
Я вижу у костра себя сидящим на безымянном острове один.
Средь моря слёз в тиши благотворящей под звёздным небом я не нелюдим.
Камыш поёт мне песнь грустнее грусти. Изломанное дерево болит.
Огонь костра — мой собеседник тихий — наедине со мною говорит,
что всё пройдет, вот и костёр сгорит...
Ночь отступает.
Утро новой жизни.
С лучами солнца мир родится вновь.
Чтоб воплощением стать Бога новой мысли
И подарить всем радость и любовь.
Огонь костра уж догорает.
Он дал мне Истину и Жизнь.
Огонь во мне теперь пылает.
Мы суть одно:
Мы Бога мысль!
Ничто не исчезает во Вселенной,
Всё отражается, чтобы вернуться вновь,
Закономерно всё, и путь мой в жизни бренной,
И то, чью унаследовал я кровь.
Мир — это Я, планеты — клетки крови,
Галактики — часть тела моего,
И сердце бьётся — кто-то жаждет боли,
Я счастлив — я постигнул Смысл Всего!
Я стал частицей смысла мирозданья —
И жизнь моя теперь имеет смысл.
Я удержать не в силах восклицанья:
Я Бога часть, Я — Бог, Его я мысль!
(из моего романа-быль «Странник» (мистерия) на сайте Новая Русская Литература
24 апреля 2026 года я участвовал в работе Круглого стола «Искусство знания / знание искусства: как современные художники взаимодействуют с философией?»
Перед началом я провёл небольшой опрос. Художники и философы люди в чём-то необыкновенные, потусторонние, и можно ли сказать, что философия в чём-то «потусторонняя деятельность»?
Так что же вы хотели сказать своим постом? – спросят меня.
Всё что я хочу сказать людям, заключено в основных идеях:
1\ Цель жизни – научиться любить, любить несмотря ни на что
2\ Смысл – он везде
3\ Любовь творить необходимость
4\ Всё есть любовь
А как Вы понимаете ПОТУСТОРОННЮЮ ФИЛОСОФИЮ?
© роман-хроника "ПОТУСТОРОННИЙ" – Николай Кофырин – Новая Русская Литература – https://www.nikolaykofyrin.ru
Комментарии
Измениться самому до уровня богочеловека, пророка, достичь Просветления, чтобы затем изменить мир. Пример всех пророков, аватаров. Они приходили, чтобы изменить мир.
Бхагават-ГИта
Абхава Вайшешики
Вайшешика https://www.pravenc.ru/text/153861.html
"Потусторонняя философия" - это диалектика двух в одном:
1) У человека есть источники существования помимо "потусторонней философии".
2) Но претензии на "выход за пределы чувственного опыта, эмпирических границ или привычных границ бытия" говорят и о том, что источники существования человека всё же не удовлетворяют и он решил прокосить под божка и добиться подношений к своему алтарю = Аминь!
Я просмотрел выступления участников конференции в Европейском университете «Феноменология и диалектика 3.0» в записи Николая Кофырина. Увы, я не обнаружил собственно российского сегмента феноменологического движения, прерванного со смертью Густава Шпета. Одни рецепции и заимствования... Вот, что бы я сказал, если бы стал приглашённым участником форума...
Что есть мир?
Мир «дан», «взят» и пользуется двунаправленными итераторами (∀) или (∃) как ключами, отпирающими дверь в оба направления: к вещам, из вещей. Мир — всё, что имплицировано квантором всеобщности (∀) и квантором существования (∃): слева — объекты, справа — идеи… Что такое философ в мире?
Философ — тот, кто выспрашивает и отвечает выспрашиваемому.
философ — тот, кто согревает телом прокажённого и облачается во вшивое бельё солдата. философ не тот, кто просиживал штаны/юбки за партами/кафедрами, а тот, кто изгваздался о бытие и ничто.
философ — тот, кто устанавливает «фокусное расстояние» до предмета. Что есть знание?
● знание — то, что дано/взято бытием-умом/нусом-небытием в-себе и для-себя; истина то, что дано/взято обоюдно.
● знание — любовь и агапэ; «знающий» не складирует эпистемы, но сострадает им.
● мысль не кукует в профессорских головах, мысль – босячит.
Что есть то, что «есть»?
Итак, Мир — всё, что имплицировано квантором всеобщности (∀) и квантором существования (∃): слева — объекты, справа — идеи…
И в самом деле, мир фундирует посредством глагола-связки «есть». То, на что указывают кванторы всеобщности/существования, существует в трёх локусах: 1) действительно-сущего, — того, что уяснено; 2) потенциально-сущего, — того, что не уяснено и не до-уяснено; 3) не-сущего, — того, что не может быть уяснено, поскольку не присутствует в сущем и в уме ноуменально/феноменально. Ничтó, Ничто́жащее себя, согласно логическому закону двойного отрицания не (не—А), или A ≡ ~(~A), где знак ≡ выражает логическую эквивалентность, а знак ~ выражает отрицание, есть ассерция. И в самом деле, наделённые прерогативами (карать и миловать), кванторы решают — какие семантические значения вкладывать в глагол-связку «есть», а каким — от ворот поворот. Так прилагательное, расположенное по обе стороны от связки «есть»: сущее [есть] «сущее»; не—сущее [есть] «не—сущее»; сущее и не—сущее [есть] «обоюдное», возводятся кванторами до небывалых высот, или низвергаются в пучину. Говоря иначе, то, что делают кванторы, ставя на котурны служебную, казалось бы, часть речи, приличествует Логосу Гералита, Субстанции Спинозы, Абсолютному Духу Гегеля.
Глагол-связка «есть», или, как его ещё называют, экзистенциальный квантификатор, вовсе не так безобиден, как кажется. Обозначаемый символом логического оператора ∃ (англ. exist — существовать), он «растождествляет» понятие, видоизменяя внутреннюю форму слова. Возникает эффект, когда слово, соединённое кровотоком с квантором всеобщности (∀) или квантором существования (∃), обнаруживает в-себе инобытие, точно что-то, томившееся в нём, явилось не в целостном единстве своих моментов, а в виде различающего различения, т.е. в форме ума. И это умничающее слово, запертое в-себе, строит козни речевой норме.
Субъект речи, к которому следует относить не трансцендентальное Я только лишь, но и ареопаг слов-субъектов, гипостазированных и обладающих энтелехией, становится свидетелем метаморфоза, когда на поверхность семантического значения слова из медвежьего его угла выходит означаемое, о котором означающее и понятия не имело. Не потому ли из-за квантора «есть» поломано столько копий, что в основе его лежит презумпция «само направленной (vectrice d’elle—même) свободы» как окрестил абсолютное знание, прошедшее через горнило философии тождества Шеллинга, Габриэль Марсель.
Мир «дан», «взят» и пользуется двунаправленными итераторами (∀) или (∃) как ключами, отпирающими дверь в оба направления: к вещам, из вещей.
И в самом деле, кванторы всеобщности/существования предоставлены себе, и не зависят от субстанции, субъекта, и сами детерминируют свой индетерминизм.
Кванторами пользуется субъект, когда исчисляет предикаты, но и кванторы задействуют умы и вещи, и в этом плане ∀/∃ являются двунаправленными итераторами: слева направо они фундируют мир, удостоверяя его наличие; справа налево — выслушивают невнятицу вещей и идей.
Об окончательной формуле ума.
Полагаю, что пришло время открыть карты... Существование, т.е. бытийствование ТРД (трансценденталии, суперуниверсальной, трансимманентной категории, превосходящей свои категориальные границы и ставшей сущей в бытии (истории и культуре) в качестве историософского и метаисторического протокода [С.Борчиков]) :
а) как реально-сущего объекта;
б) как плода воображения, ума, интуиции — нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Такие конструкты Кант называл проблематическими понятиями. Но есть формула Сергея Борчикова U = {Θ, {ТРД}n}... Для концепта, претендующего на исчерпывающую полноту (альф в степени алеф по Г.Кантору) она избыточна. Когда-то, предложив Сергею свою формулу ума М(х)/М(∞), я получил плод дружбы и со-мыслия М(х)/М\infty/f(М). Написав книгу, я просил Сергея быть её рецензентом, но получил отказ, спустя 5 лет напомнив о себе, удостоился удаления поста, в котором предложил мэтру оживить дискуссию. Так был вбит клин между мной и учителем, автором тринокулярной онтологии и творцом матрицы-додекады ТРД. Теперь это не важно. Для меня мысль/мышление ≡ ∃/∄; отсюда лемма: мысль и мышление (→) бинарный объект М(х)/М(∞). Налицо неразрывное единство противоположностей или их тождество, когда мысль в моменте времени "теперь" мгновенно сворачивает/разворачивает размерности без потерь в точку-штрих или в бесконечность.
Но мысль и мышление не дихотомия. Их нельзя рассматривать порознь как отношение принадлежности объекта «а» к множеству «А» [а ∈ А]. Помня, что «а» называется подмножеством (частью) множества «А» (а ⊆ А), я, как того требует предикативная логика, основное множество назвал универсумом и обозначил через «U», а множество всех его подмножеств поименовал булеаном U и обозначил «B(U)». Желая доказать, что мысль тождественна мышлению, что их единство образует универсум «U (а А)», я использовал преобразование: x ∈ A∩(B ∪C) ⇒ x ∈ A∧x ∈ (B ∪C) ⇒ x ∈ A∧(x ∈ B ∨x ∈ C) ⇒ (x ∈ A ∧x ∈ B)∨(x ∈ A ∧x ∈ C) ⇒ x ∈ (A ∩ B)∨x ∈ (A ∩ C) ⇒ x ∈ (A ∩ B) ∪ (A ∩ C). И получил: A∩(B∪C) ⊆ (A∩B) ∪ (A∩C).
Сергей Борчиков: Формула универсума ТРД. Можно поставить Бога в начало цепочки, в конец цепочки, в ее центр, объять Им, как сферой, всю цепочку, или вообще вывести за пределы цепочки, — всё это будет умственной "игрой в бисер". А мы же хотим проникнуть в суть. С понятием Бога как абсолютного трансцендентного, вообще, трудно работать, поскольку оно трансцендентно, и непонятно, как со всем связано. Пришлось остановится на понятии Трансценденция — как на проявлениях божественных энергий и концентраций таких же божественных сущностей (смыслов). Трансценденцию обозначили буквой Θ (фита́). Как эта фита (Θ) со всем связана, тоже не совсем понятно (ибо она также трансцендентна и трансцендентальна), но по крайнем мере уже ясно, что она соприсутствует с множеством трансценденталий, обозначаемых {ТРД}n, где n — количество трансценденталий. В силу принципа единства, можно предположить, что трансценденция и множество трансценденталий составляют новое множество, которое можно назвать универсумом ТРД, обозначив буквой U. Тогда получаем формулу универсума ТРД: U = {Θ, {ТРД}n}. Вот это формула представляет уже адекватную математическую (алгебраическую, но не геометрическую) визуализацию. И за пять лет при разборе различных случаев строения мироздания она ни разу не подводила.
Таким образом, чтобы понять тайну связи Бога с миром, надо сначала понять связь трансценденции (Θ) с трансценденталиями (ТРДn). А заключается она, как видно по значкам формулы не в стрелке следования или причинения (→) и не в сфере охвата (круг Эйлера), а в сочетании двух закорючек: запятой и фигурной скобки, а именно: ,{ / Вот если мы поймет как происходит сочетание-соприсутствие (запятой) и открытого множества (одной фигурной скобки), то эту мета-логическую и мета-историческую загадку нам удастся расшифровать.
Юрий Кузин. Продолжение. Если всё же допустить, что мысль (часть), а мышление (целое), что мысль — изделие, а мышление — завод, то трудно объяснить, почему, сойдя с конвейера, мысль/мышление не отправляются на склад. Трудно понять, что каким-то неизъяснимым образом уже в самой мысли, в её ядре, в её существе, продолжают грохотать домны и колёса. Те, кто мыслят в русле монокулярной парадигмы, не могут объяснить, как мысль обнаруживает в-себе и конструкторское бюро, и конвейер, и склад. Как возможно, что «мысль» и «мышление» переходят друг в друга субстантивно? Я назвал их тождество химерой, помня, что мысль — притворно-сущее.
Итак, верно, что: М(х)/М(∞), где М (х) — мысль, свёрнутая в момент t1 в абсолютный минимум Николая Кузанского, а М (∞) — мысль, развёрнутая в момент t2 в Универсум, в абсолютный максимумом Кузанца. Давая понятие со-знания, как не-собственно-своего-бытия, особую «экзистенциальную» роль в презентации/репрезентации сознанием себя-в-себе я отвожу [/], — косой черте, чей «пизанский» наклонный символ не следует увязывать с функциями, которыми slash наделили грамматика, логика и языки программирования. / Речь здесь идёт не о союзах «и/или», как знаках альтернативности понятий или их синтеза, например категория живое/мёртвое, не о математической операции деления, обыкновенных дробях, где наклонная черта в дроби 1/2 называется «солидус», не о функции деления в C/C++ и др., где slash используется в операторах вида a /= b со значением «разделить a на b и записать результат в a». Косая черта, которую я использую, схожа с флеш в UNIX-подобных системах и в URL, где черта указывает на иерархический «абсолютный» путь к файлу, например: /home/user/pictures/image.jpg. Здесь косые линии обеспечивают переход на одну директорию (уровень) выше в иерархии каталогов. Значение этого маршрута таково: «Зайди, приятель, на один каталог выше, загляни на огонёк в директорию images и выклянчи из него файл products.png». Эту процедуру я называю «распаковыванием» и «запаковыванием», когда мысль/мышление, обретающиеся в Ничтó, изымают размерности из-себя. Происходит это мгновенно, в чувственно-конкретном со-бытии, «штрихе», локализованном в ландшафте внешнего/внутреннего.
Повторюсь. Речь не о делении, дроблении, различении. Моя косая означает «кожу», «кромку», «средостение», указывающие на момент «теперь», в котором переход мысли в мышление и мышления в мысль не имеет чётких границ, и не обусловлен (не детерминирован) внутренним или внешним полаганием. Этот взаимопереход, эта конверсия/инверсия части и целого, переноса и контр-переноса, даны и взяты мыслью абсолютно, как её эссенциальная, а не акциденциальная подоплёка. Таким образом, slash есть сознание мыслью себя, как таковой, именно сознание, т.е. не различение/различание лишь сущего на роды, не своё-иное бытия-ума/нуса-небытия, как результат их синтеза или компиляции, а такое совокупное присутствие сущего в наличном, в тварном, каковому есть лишь имя Бог. Другими словами, сознание не то единство психического (феноменология), которого алчет эпохе, не способ складировать умы (эпистемология), а чистый разум, чистое априорное до-когитальное бытие абсолютной идеи, — то, что математики называют аподиктическими началами, говоря о неопровержимости и достоверности геометрических построений, Гегель — абсолютным Духом, а я — бытием-умом/нусом-небытием или Что-Ни-Что.
Таким образом вне зависимости от вложений в мысль/мышление, — будь то трансценденталии (ТРДn) с трансценденцией (Θ), универсалии и мультиверсы, интеллигенции и ангельские чины, монады, диады, триады, тетрактиды, пентады, гексады, декады, додекады, гексадекады...) структура идеальных объектов всегда неизменна и описывается универсальной формулой ума М(х)/М(∞).
Сергей Борчиков: формула универсума ТРД, по Ю.Кузину
Поводом снова послужила реплика Кузина:
Если это так, то наши (моя и Кузина) формулы должны преспокойно коррелировать между собой для такого идеального объекта, как универсум ТРД:
Моя формула:
U = {Θ, {ТРД}n}
Формула Кузина для универсума:
U = М(х)/М(∞)
Я совершенно точно могу обозначить трансценденцию Θ как М(х) – абсолютный (свёрнутый) минимум Николая Кузанца, а развернутый абсолютный максимум Николая М(∞) – как множество {ТРД}n, причем даже с количеством n = ∞.
В таком случае может получиться моя формула универсума с символами Юрия Кузина:
U = {М(х) / {М(трд, ∞)}}
Тем не менее у нас есть два различия.
1) У Ю.Кузина мою запятую заменила косая черта:
И я бы с этим согласился при одном условии, если бы было доказано, что Θ и {ТРД} – это уровни (первый и последующие) одной иерархии М.
2) Однако у меня Θ – это иноприродная величина = Трансценденция (Свет–Мрак–Td-смысл). В таком случае косая черта остается, но только внутри матрицы {ТРД}, а именно:
U = {Θ, {{М(трд)}n / М(∞)}}}
Если эта формула принимается, то у нас с Юрием Кузиным полное единогласие по вопросу универсума ТРД.
Итак, уже вскрылся целый набор (пока шесть) объяснительных операционалов:
1) катафатика ¬{…}
2) апофатика →{∞
3) всеединство, Андреев ⸧{∞
4) Кузин /{∞
5) С.Б. ,{
6) Корвин ,{F20.0
Юрий Кузин. Мой ответ борчиконианцем.
Синтезом чего является 12 ТРД? Что взято у каждого автора, как перелицовано, с какой целью и с каким результатом? Пока что я слышу в ваших словах благие пожелания, как если бы некто, благоговеющий перед Кантом, трубил со всех кафедр и перекрёстков, что вот-вот старик угостит розгами трёх критик пресыщенный и самодовольный ум бюргера... Но что это за розги? В чём их сила? Вы умалчиваете...
Пока что вся ваша реляция о победах борчиконианства сводится:
а) к сваливанию в кучу категорий/трансценденталий греков, латинян, немцев, якобы по-новому рассмотренных С.Б...
б) к синтезу, который интуитивен и счастливо избавлен от нужды давать наукоучение, леммы/глоссы (берите пример с меня: 26 фильмов, разъясняющих трактат Тринокуляр), предлагать систему аксиом, теорем, силлогизмов, форм редукции, экспликации/импликации...
В вашей апологии ТРД-теории, в вашей претензии на экспликацию завершающего и исполненного истинности знания, нет собирающей всё по-новому идеи, каковыми, для своего времени, были: кантовский трансцендентализм и априоризм, фихтианское «Я» и «Не-Я», шеллингианская философия тождества, гегелевский абсолютный дух и диалектика.
О понятии как предельном основании бытия, ума и небытия.
Натолкнувшись на 10 атрибутов трансценденталии С.Борчикова, которые представляют кучу-малу из ничем не соединённых, эклектичных, чужих и малопригодных для дела терминов о существе непредставимого/невыразимого, хочу дать список понятий, развёрнутых в леммы/глоссы трактата «Тринокуляр», как требование ко всякому наукоучению: давать собственные понятия предмета, а не позаимствованные, что возможно только в случае их радикального переосмысления...
Итак вот словарь тринокулярной онтологии, гносеологии, эпистемологии, теории субъекта, этики и эстетики:
Когда тавтологии не избежать применяют ступор и удивление. Это не приводит к уяснению, но освобождает ум от завалов.
И в самом деле, иногда Ничто́ манифестирует себя парадоксами и апориями, которыми пестрят фрагменты Зенона и Горгия. Пример абсолютного небытия в текстах Вайшешики: «сын бесплодной женщины». Фраза нелепа. Но читателя не оставляет мысль, что объект, отсутствующий в реальности, косвенно присутствует в уме. Эту уверенность вселяет химера из явления, ставшего предметом, воображения и ума. И конструкт этот созерцаем.
Выводы Сарвепалли Радхакришнана удивительным образом совпадают с идеями Горгия. «Мы видим, — пишет историк философии, — что вся доктрина абхавы основывается на метафизической концепции вайшешики. Если бы вещи просто существовали и не имели начала, то есть не находились бы в состоянии небытия, тогда все вещи были бы вечными. Если бы отрицалось предшествующее небытие, тогда все вещи и их перемещение следовало бы рассматривать как лишенные начала; если бы отрицалось последующее небытие, тогда вещи и их действия были бы неуничтожимы и бесконечны; если бы отрицалось взаимное небытие, тогда вещи были бы неразличимы, а если бы отрицалось абсолютное небытие, тогда вещи следовало бы рассматривать как существующие всегда и всюду»¹².
Но если Горгий находит Ничто́ в мысли, то индийская система Вайшешика, употребляя небытие (абхава) как противоположность позитивному бытию (бхава), подразумевает действительное бытие и действительное небытие, т.е. — универсалии, а не плоды ума.
К схожим выводам пришёл советский философ А.Н. Чанышев. В «Трактате о небытии» он пишет о первичности, абсолютности Ничто́ и о вторичности, относительности Бытия, говоря буквально следующее: «Бытие не имеет основания в самом себе. Основание Бытия в Небытии. Бытие вторично — Бытие есть небытие Небытия»¹³. С этим трудно согласиться. И Вайшешика и А.Н.Чанышев настаивают на бытии Ничто́, используя казуистику и вероятностные модели. Но Горгий отмёл подобные спекуляции ещё две с лишним тысяч лет назад. А, сказав: «Ничто́ не существует (οὐδὲν ἔστιν)», пояснил, что речь идёт как о бытии, небытии так и об уме.
Категория ничто могла бы внести в концепт ТРД-теории свежую струю. Для этого борчиконианцам необходимо исследовать, как чтойность, так и за-ничтойность в структуре трансимманентных категорий. И если чтойность образовано от латинского слова quidditas, которое образовано от quid — «что», а Аристотель обозначал этим понятием предмет философского учения о бытии («чтойность», τό τί ήν είναι, quidditas: например, «чтойность» человека — то, без чего он не может быть человеком), то некоторые философы называют чтойность внутренней сущностью или мыслимой внутренней сущностью, поскольку она образуется внутри того объекта, который задавал вопрос «что?» или изучал данное сущее. Так Владимир Соловьёв видел чтойность как основу материальности мира, в этом аспекте назвав Бога как «положительное ничто». В противоположность чтойности термин за-ничтойность, предложенная мной в трактате "ТРИНОКУЛЯР", связан с самосознанием и отрицательным субъектом, задающимся вопросом о смысле негации.
Ничто не определяется отрицательными дефинициями, поскольку не противоречит бытию. За-ничтойность — это смысл и сердцевина негации, где и созревает плод, который не-сущее носит под сердцем — нечто своего ничто, то есть смысл небытийствования всеми возможными способами.
Я уже предложил Сергею Борчикову использовать за-ничтойность как эпохе в структуре эпохе, чтобы обновить тезаурус, отказаться от чтойности лишь в пропозициях и аргументах, повернуть глаза внутрь, к пресуппозициям, для чего использовать бритву Кузина и увидеть проблематику ТРД-онтологии в свете тринокулярной логики, антологии и гносеологии.
Summa summarum
Всякое теоретизирование о трансцендентном, трансценденталиях, ангелах, боге или уме, чьё бытие/ничтожение протекает в-себе и не имеет иного субстрата, субъекта, субстанции, кроме, как самого себя, нуждается в процедуре распредмечивания, растождествления, которые составляют предмет и метод «Бритвы Кузина»
Очевидно, что, помимо «Бритвы Кузина», избавляющей предложения от речевой инкогерентности, смысловых узлов и устанавливающей для пресуппозиций правило давать себя уму доподлинно, а не в форме заблуждения, праздномыслия или лжи, должен быть предложен и некий запрет Паули, чтобы обязать философа, работающего с универсалиями/трансценденталиями:
1) отказаться от грамматических форм прилагательного в форме простой превосходной степени и наречия, которые указывают на наивысшую степень качества или признака среди всех сравниваемых предметов или явлений. (Подлинные богословы, к примеру, не пишут слово бог с большой буквы...) Следует не употреблять такие слова, как "супер", "сверх", "транс", "мета", которые выступают самодостаточными акторами, дисегнатами, но ничего не объясняют в существе денотатов. Очевидно, подобная редукция, эпохе в структуре эпохе, необходима для демифологизации и десакрализации методов конструирования миров и потребует радикально отредактировать исходную теоретическую конструкцию ТРД, как — «суперуниверсальной трансимманентной категории, превосходящейя свои категориальные границы и ставшей сущей в бытии (истории и культуре) в качестве историософского и метаисторического протокода»;
2) найти аналоги трансимманентным категориям греков, латинян и немцев, и радикально обновить дискурс, а не слепо заимствовать термины или образовывать неологизмы, тянущие за собой проблематику греческой классики, европейской схоластики и кантовского априоризма и трансцендентализма. Если ТРД-объекты существуют доподлинно, а не являются плодом воображения, то новые слова, призванные обновить тезаурус, извлекут из-под спуда и новую проблематику, теоретические модели, генетически независящие от прежнего наукоучения с его архаическим словарём.
Все известные западные философские системы говорят о Трансценденции, Духе.
Платон, Кант, Ясперс, Гегель, Лейбниц и т.д Философия - наука о Духе, психология - о душе.
Восточная - тем более.