Почему именно десять?

Видимо, потому, что в этом числе кроется что-то обобщенно вбирающее всё бесконечно имеющееся, причем вбирающее разными способами, что в философии, например, выражается различными уровнями категорий - от простого в десяти до более сложного, имеющего социальное смысло-значение. Аристотель, видимо, это знал, поэтому бесконечное вещей и их имен обобщил в своих десяти категориях("Категории").

В отношении религии Бог тоже использовал число десять в виде десяти заповедей, требующих не делать того, что по мнению Бога ведет к отпадению людей от Него, в ветхозаветном жизнедеятельном пути становления добродетели.

Если один способ десяти выражает повеление невинности, исполнение которого не требует суда - типа, не судите и не судимы будете, -то другой способ десяти может выражать, наоборот, повеление виновности с соответствующим судом над виновными - типа, каким судом судите, таким и осудитесь, - тут уже десять замыслено так, что они должны умереть, как бы обнулиться, чтобы искупить свою вину/грех.

В известном фильме про десять негритят, видимо, и показывается этот осуждающий виновных способ десяти. Сия десятка как бы обобщённо вбирает в себя всё бесконечное количество преступных деяний. Из этих десяти приговорённых к смерти, один был судья и в то же время палач, приговоривший и осуществивший девятерых виновных и себя к смерти.
Т.е. что-то вроде субстации, которая сначала карает свои девять акциденций, а потом и саму себя, произнося перед кончиной себя так:

ИСТИННОЕ ВЕЛИЧИЕ СУДЬИ - В СПОСОБНОСТИ ПОКАРАТЬ СЕБЯ!

На этой произнесенной фразе фильм и заканчивается.

Т.о. в числе десять имеется что-то завершающее и одновременно что-то начинающееся в ином каком-то качественно-количественном категориальном аспекте рассмотрения, выходящем за пределы начальных десяти числовых единиц.
Сие выходящее за пределы десяти категорий Аристотеля, видимо, определенным образом и пытались усмотреть и рассмотреть, например, схоласты, явив иные категории, в виде неких трансценденций и трансценденталий(т.е. выходящих за имманентное десяти категорий Аристотеля).
Т.о. невозможное Аристотеля в иных условиях оказывается возможным, т.е. являяет гораздо большие возможности способов обобщённо вбирать в себя всё бесконечное разнообразие вещей их имен, деяний мира, в аспекте его единства и множества.

Т.о. можно сказать - хочешь жить в мире - умей вертеться в его изменяющихся/развивающихся условиях,задающих различные предписания, императивы, имеющих форму категорических.