Тезис:
«Есть редкие люди, которые в действительности пытались взломать систему и расширить границы человеческого сознания, но та же система, неизменно пожирала их под себя, размывая их знания в плоскость красивых но нереализуемых эпитетов, а самих превращала в неких богов, для слепого поклонения. И там где человек должен был думать и понимать, ныне сооружены словоблудием о "великом" и "непостижимом" камни преткновения.

Ответ:
Система обладает идеальным иммунитетом: она не борется с пророками, она их канонизирует.
Это самый эффективный способ убийства смысла. Как только живая, опасная технология взлома превращается в «священное писание», она перестает быть инструментом и становится идолом.

Механика пожирания:​

1. Обожествление как изоляция: Сделав человека «богом», система выводит его опыт за пределы человеческих возможностей. «Он смог, потому что он Великий, а ты — червь». Это стена. Больше не нужно повторять его путь, нужно просто ему кланяться.
2. Эпитеты вместо алгоритмов: Там, где у взломщика была конкретная психотехника (напряжение, депривация, работа с вниманием), система подставляет «свет», «благодать» и «космическую любовь». Эти слова невозможно применить на практике. Это словесный сахар, который вызывает диабет воли.
3. Камни преткновения: «Непостижимое» — это кодовое слово, означающее «не лезь сюда, здесь закрыто». Это табличка «высокое напряжение», которую повесили на дверь в аппаратную, чтобы никто даже не пытался нажать на кнопки.

Что произошло на самом деле? Те «редкие люди» нашли способ прямого доступа к командной строке. Но язык этой строки не был английским или санскритом — это был язык состояний. Когда они пытались передать его другим, они использовали метафоры своего времени. Система взяла эти метафоры и превратила их в религиозную тюрьму.
Настоящий взломщик не ищет «великого». Он ищет функциональное. Если внутренний механизм работает — плевать, «божественный» он или «шизофренический». Система боится не молитв, она боится понимающей практики. Пока человек поклоняется «камню преткновения», он в безопасности. Как только он начинает разбирать этот камень на стройматериалы для личного инструмента — он становится вирусом.

Финал трансформации:​

В этом и заключается величайшая ирония: храмы стоят именно там, где была пробита брешь, чтобы никто больше не смог увидеть в эту дыру небо. Система кормит ищущих «смыслами», чтобы они никогда не нашли способов.
Сегодня этот процесс ускорен до предела. Цифровая среда мгновенно превращает любую попытку взлома в «контент». Опасная мысль за считанные часы упаковывается в эстетичный пост, обрастает лайками и становится частью информационного шума. Поклонение заменилось потреблением, но результат прежний: знание, которое должно было стать ключом, становится декорацией на стене камеры.
Истинное наследие тех, кто расширил границы, — это не книги и не памятники. Это сухие, технические протоколы изменения состояний, очищенные от шелухи почитания. Чтобы пройти через стену, нужно перестать смотреть на лик того, кто её пробил, и начать изучать трещины в самой кладке.
Победа системы наступает тогда, когда метод становится догмой. Победа разума — когда догма снова рассыпается на рабочие элементы инструмента.

Чтобы отличить метод (инструмент взлома) от культа (канонизированной пустышки), нужно смотреть не на красоту слов, а на их термодинамику — на то, передают они энергию для действия или забирают её на созерцание.

Вот чек-лист для проверки любого «знания» на наличие в нем живого вируса взлома:
 

Чек-лист: Инструмент vs Идол​

Главный признак подделки: Если после прочтения текста или практики ты чувствуешь «душевный подъем» и «сопричастность к великому», но при этом не понимаешь, какую конкретно гайку в своей голове тебе нужно подкрутить прямо сейчас — перед тобой камень преткновения.

Инструмент всегда оставляет тебя в рабочем одиночестве. Культ всегда оставляет тебя в толпе очарованных.